Блог Антона Кима: заметки с тегом смерть

Про смерть

Антон Ким — Mon, 25 Oct 2021 14:36:34 +0000

Во время депрессии я много размышлял о смерти. И у меня сформировалось к ней определённое отношение. Об этом и пойдёт речь.

Для меня ближе всего стоическое отношение к смерти. Стоики считали, что смерть сама по себе ни хороша, ни плоха. Смерть — это просто прекращение существования. А наше существование до рождения и после смерти — вне нашего контроля. А значит, о нём не следует беспокоиться. Важнее подумать о том, как правильно распорядиться временем, которое у нас есть.

Процитирую несколько фрагментов из «Нравственных писем к Луцилию», написанных римским философом-стоиком Луцием Аннеем Сенекой.

Фрагмент из первого письма:

«[…] Укажешь ли ты мне такого, кто ценил бы время, кто знал бы, чего стоит день, кто понимал бы, что умирает с каждым часом? В том-то и беда наша, что смерть мы видим впереди; а бо́льшая часть её у нас за плечами, — ведь сколько лет жизни минуло, все принадлежат смерти. […] Удержишь в руках сегодняшний день — меньше будешь зависеть от завтрашнего. Не то, пока будешь откладывать, вся жизнь и промчится.

Всё у нас, Луцилий, чужое, одно лишь время наше. Только время, ускользающее и текучее, дала нам во владенье природа, но и его кто хочет, тот и отнимает. Смертные же глупы: получив что-нибудь ничтожное, дешёвое и наверняка легко возместимое, они позволяют предъявлять себе счёт; а вот те, кому уделили время, не считают себя должниками, хотя единственно времени и не возвратит даже знающий благодарность»

Фрагмент из двадцать шестого письма:

«„Размышляй о смерти!“ — Кто говорит так, тот велит нам размышлять о свободе. Кто научился смерти, тот разучился быть рабом. Он выше всякой власти и уж наверное вне всякой власти. […] Есть лишь одна цепь, которая держит нас на привязи, — любовь к жизни. Не нужно стремиться от этого чувства избавиться, но убавить его силу нужно»

Фрагмент из пятьдесят четвёртого письма:

«[…] Смерть — это небытие; но оно же было и раньше, и я знаю, каково оно: после меня будет то же, что было до меня. Если не быть — мучительно, значит, это было мучительно и до того, как мы появились на свет, — но тогда мы никаких мук не чувствовали. Скажи, разве не глупо думать, будто погашенной светильне хуже, чем до того, как ее зажгли? Нас тоже и зажигают, и гасят: в промежутке мы многое чувствуем, а до и после него — глубокая безмятежность. Если я не ошибаюсь, Луцилий, то вот в чем наше заблуждение: мы думаем, будто смерть будет впереди, а она и будет, и была. То, что было до нас, — та же смерть. Не всё ли равно, что прекратиться, что не начаться? Ведь и тут и там — итог один: небытие»

Фрагмент из девяносто третьего письма:

«[…] Молю тебя, мой Луцилий, постарайся, чтобы жизнь наша, подобно драгоценностям, брала не величиной, а весом. Будем мерить её делами, а не сроком»

Смерть — естественна, она всех нас ждёт, потому её не стоит избегать. Как с любого праздника всем придётся рано или поздно уйти, так и умирать — не страшно и не трагично. Лучше сосредоточиться на всём том хорошем, что было, и быть благодарными за то, что нас вообще сюда позвали.

Книга Юлии Латкиной «Суицид как кризис идентичности»

Антон Ким — Tue, 16 Feb 2021 15:07:13 +0000

Прочитал из-за названия. Потому что «кризис идентичности» — это про меня.

Коротко о книге: сложная, спорная, непонятная, пестрит терминами. Соответствует описанию: «Изначально данная монография была сделана в виде исследования обширной теоретической базы».

Про идентичность

Идентичность — это целостность личности. То есть когда мы осознаём собственное «Я».

Кризис идентичности — это когда исчезает или снижается целостность; когда утрачивается чувство определения себя как личности.

Борис Сергеевич Положий выделяет четыре варианта кризиса идентичности: аномический, диссоциальный, неготивисткий и магический.

Аномический. Мне «подходит» аномический вариант, который «характеризуется утратой жизненного тонуса, интересов, снижением активности, замкнутостью, выраженным тревожно-депрессивным фоном настроения, неверием в себя, ощущением своей никчёмности и малозначимости».

Диссоциальный. Выражается в стремлении к агрессивному поведению в отношении других людей, которые имеют иную точку зрения; в проявлении нетерпимости к окружающим.

Неготивисткий. Проявляется в упрямстве, нарочитом недовольстве всем и вся, скептическо-пессимистической оценке происходящего, в уклонении от какой либо деятельности по причине её безрезультатности.

Магический. Носит в себе бурный всплеск интереса ко всему необъяснимому, изотерическому, иррациональному и мистическому — при перенаправлении всей своей деятельности на поиск разгадок тайн бытия.

Про суицидальное поведение

Суицидальное поведение — это осознанное действие, которое направлено на добровольное лишение себя жизни. Но это спорно, потому что в основе такого поведения часто лежит бессознательная проблематика.

Внешние и внутренние условия не предопределяют суицидальное поведение. Стрессовая или кризисная ситуация — лишь толчок для «запуска» суицидального отыгрывания.

Чаще всего именно депрессия является предсуицидальным состоянием, где стимулом выступает дистрессовая ситуация. Типичные дистрессы: потеря близкого человека, разлука, утрата здоровья, социального статуса, чести, положения, потеря смысла жизни, самонаказание, месть, призыв о помощи, протест, желание внимания и пр.

Состояние депрессии говорит о желаниях, которые являются неудовлетворёнными. Например, невозможность самореализоваться или неоправданные ожидания.

Общий стимул самоубийства — невыносимая душевная боль, от которой человек стремится убежать. Общий стрессор — фрустрированные, то есть нереализованные или неудовлетворённые потребности. Общая эмоция — ощущение беспомощности и безнадёжности. Общее внутреннее отношение к суициду — амбивалентность, при которой типичным бывает состояние, когда самоубийца хочет и повеситься, и одновременно взывает о помощи.

На первом месте — не агрессия, а стыд, чувство вины, фрустрированные зависимости, за которыми находится чувство внутренней опустошённости.

Люди, которые хотят совершить суицид сознательно или бессознательно всегда подают другим сигналы бедствия.

Г. Сейр считает, что в основе суицидального поведения лежит чувство изоляции, когда тебя никто не понимает и тобой никто не интересуется; чувство беспомощности, когда ты не в состоянии контролировать свою жизнь; ощущение безнадёжности, когда будущее не сулит ничего хорошего; и чувство незначимости — ущемлённое чувство собственного достоинства, низкая самооценка, ощущение своей некомпетентности и стыда за себя.

Пугающая статистика

Каждый год заканчивают жизнь самоубийством более 3 миллионов человек. По мнению судебных экспертов, реальные цифры превышают статистические данные в несколько раз. Статистикой не учитываются смерти от «несчастного случая», «случайная» лекарственная передозировка, «случайные» падения с высоты и аварии.

Почти 20 миллионов человек ежегодно совершают только официально зафиксированные «неудачные» попытки.

По данным ВОЗ за 2016 год, каждые 40 секунд, где-то в мире, кто-то, по собственной воле, уходит из жизни.

Вместо заключения

Процитирую фрагмент статьи «Самоубийцы. Как помочь людям, которые оказались на грани суицида» Катерины Гордеевой на Медузе:

«Самоубийства — это не наркомания, не алкоголизм и даже не онкология. Слишком мало жертв, невысокий общественный интерес, куча запретов на публичное обсуждение и в итоге — вместо привычных в Европе и Америке лёгких коротких номеров экстренной помощи, круглосуточных линий с психологами-суицидологами на любой вкус (от подростков до пенсионеров) и публичной дискуссии — в России на обсуждение суицидов полное табу. Не по чьей-то злой воле. Просто почему-то это не считается важным»

P. S. Почему люди в депрессии не устраивают истерик, не делятся проблемами с близкими и закрываются в себе? Потому что, когда говоришь, что тебе плохо, тебе чаще всего отвечают типа такого: «Возьми себя в руки, выбрось из головы», «Ты же не инвалид», «Это пустяки», «Всем плохо», «Все справляются, и ты справишься», «Хватит ныть, иди работать», «Съешь шоколадку, пройдёт» и пр.